Елена Темная
Антон всегда знал, что право на неприкосновенность жилища работает в основном только в отношении вампиров. На этих живых мертвецов было наложено ограничение: они не могли без разрешения войти в чужой дом. Другое дело, что хитрые кровососы научились обходить древние запреты Сумрака и выманивать свои жертвы Зовом на большом расстоянии. Очень умно с их стороны. Перемудрили законы хотя бы в этом. Но, честно говоря, не хотел бы Антон жить в те времена, когда Договор между Светом и Тьмой еще не был подписан. Вот, наверное, работы было у обеих сторон…

Но сейчас Городецкий был бы больше рад вампиру в качестве гостя — да хоть тому же Косте, если бы тот загадочным образом воскрес. Увы, приходилось принимать у себя главу Дневного Дозора. А тот развлекался от души, забавляясь над недоверием Светлого мага.
Пока они дошли до дома, Завулон умудрился с кем-то связаться через Сумрак, гаденько улыбаясь во время разговора, и сделать несколько звонков своим подчиненным. Причем говорил он настолько вежливо, что у Антона зубы заныли от приторности.
- Леночка? Здравствуй, дорогая моя. Узнала? Да, я. Позови-ка мне Анну Тихоновну, будь добра.

Антон старался не вслушиваться. Преувеличенно ласковый тон Завулона никак не вязался с его реальным отношением к сотрудникам. Даже Гесер с такой легкостью не жертвовал пешками — а Темный при этом еще и испытывал удовольствие! Дозорный отлично помнил его предложение уничтожить направленным ядерным зарядом поезд, в котором Костя перевозил «Фуаран» - уничтожить вместе со всеми людьми, которые там находились. Если бы этот способ был реализован, Костя все равно наверняка получил бы шанс уйти. А вот жизни убитых людей было бы уже не вернуть. И лишился бы Антон своего хорошего друга, веселого хулиганского барда Ласа…

У подъезда на крепко вкопанной в землю лавочке сидели две старушки. Картина, которая по неизвестным жизненным законам считается почти классической: скамейка и пожилые дамы на ней, от чьего бдительного ока советских времен не укроется ничто.
- О, Антошенька, здравствуй, - приветливо закивали они. - Что, только с работы? Ох, трудоголик, что ж ты такую красавицу-жену одну оставляешь? А кто это с тобой?
- Родственник, - брякнул Городецкий. - Дядя с Урала приехал, вот, показывал ему Москву…

Он спиной почувствовал насмешливый взгляд «дядюшки» и невольно передернул лопатками. Но Завулон не стал возражать против такой роли и даже не поленился слегка поклониться:
- Добрый вечер. Ну, для таких прекрасных леди я — просто Артур. Город у вас просто чудесный, я впечатлен!
Всего за минуту общения с ним пенсионерки были покорены и широко заулыбались. Причем Темный не использовал ни единого заклятья, даже не влиял на их восприятие, не увеличивал симпатию. Антон даже слегка позавидовал: у них в Дозоре таким убийственным шармом обладал только Игнат, ну так тот, считай, инкуб, только со стороны Света. Интересно, Завулон, случайно, не состоит в родстве с подобными Игнату демонами-соблазнителями? Теперь-то уже не узнать, древнему магу тысячи лет…

В подъезде было темно — наверное, соседские мальчишки во время своих игр опять расколотили лампочку. Антон хотел было восстановить ее, но передумал. Лучше завтра нормально, по-человечески, вкрутить новую.
Завулона темнота ничуть не смутила, он спокойно поднимался по ступенькам. Антон украдкой глянул на стены, где заплясали яркие блики: у Темного светились глаза, как у кошки. Вот оно как…
Завулон безошибочно нашел нужную дверь, остановился, выжидательно глянул на своего спутника. Возможно, он мог бы войти и так, сквозь дверь, но явно не хотел провоцировать конфликт.

- Сейчас, - буркнул Антон. Достал ключи, мысленно готовясь к долгому и трудному разговору со Светланой. Ей не понравится присутствие этого гостя. Завулон покосился на него, сделал плавный, едва уловимый глазом шаг, оказавшись за спиной дозорного. Провел растопыренными пальцами по воздуху над его затылком и дальше, вдоль спины. Антон вздрогнул: на смену тревоге пришла приятная расслабленность. Даже наступи сейчас конец света, он бы только философски пожал плечами и благожелательно улыбнулся. Интересно, сам Завулон тоже так успокаивается?..
- Лучше? - шепнул Темный. Антон коротко кивнул. Благодарить он не собирался, но гость об этом и не просил. - Вот и хорошо… Эта помощь безвозмездна, дозорный.

В квартире горел уютный свет ламп — в кухне и детской, - витали вкусные запахи. Слышно было бормотание телевизора, где шло что-то бессмысленно-мыльное. Света любила посмотреть такие мелодрамы, грустно улыбаясь своим давним воспоминаниям.
- Макароны с подливой и котлеты, - определил глава Дневного Дозора, потянув носом. - Коньяк тут будет в самый раз. Да твоя жена просто сокровище, Антон!
- Я знаю, - согласился он. - Проходи и не забудь разуться, пол недавно мыли.

Темный с живейшим интересом осматривался. Наверняка у него самого апартаменты были куда просторнее и богаче — у Дневного Дозора финансирование явно получше, чем у Ночного. Но по этому поводу Завулон ничего не сказал. Оставил туфли у входа, на коврике, послушно посторонился, пропуская Антона вглубь квартиры, стоял навытяжку, как военный на параде. Антон вдруг подумал, что очень мало знает о начальниках Дозоров: где они живут, как проводят редкие свободные деньки и отпуска, что любят… И если про Гесера он еще выяснил кое-какие детали — вроде его пристрастия к комфорту и необычным клубам, - то Завулон оставался тайной за семью печатями. А между тем врага надо знать как можно лучше. Стыдно, дозорный!

Светлана выглянула с кухни как раз вовремя: Антон протягивал Завулону тапочки. Гостевые тапки в семье Городецких отличались чудовищной пушистостью и ярким, искусственным розовым мехом. В сочетании со строгим костюмом Великого мага это смотрелось довольно странно.
Хозяйка дома и непрошеный гость смерили друг друга пристальными взглядами, одновременно склонили головы.
- Великий.
- Великая.

И на этом — все. Ни официальных формул, ни клятв о ненападении. Но Антон почему-то не сомневался: если Темный попытается как-то навредить ему или Надюшке, Света его по стене размажет. Ровным тоненьким слоем. На это сил разъяренной матери, пожалуй, хватит.
- Проходите, мойте руки, - распорядилась волшебница. - Ужин уже готов.

Завулон не стал предлагать ей цветов или подарков, хотя легко способен был из ничего создать любой гостинец — видимо, понял, как далеко его пошлют. Послушно прошел в ванную и даже подождал, пока Антон первым вымоет руки и умоется.
- Миленько у вас, хотя и слишком просто, - подмигнул он, беря с полочки мыло. - Гляжу, счастлив ты в браке?
- Весьма! - несколько более резко, чем требовала ситуация, отозвался Городецкий. Завулон понимающе улыбнулся — как видно, сделал для себя некие выводы.
- Ну-ну… Счастливый Великий — гарантия безопасности для всего мира, - пробормотал он. - Пойдем, Светлый. Отметим наше с тобой временное сотрудничество.

Входя в кухню, Антон одними глазами спросил у жены: «Как Надя?» Та успокаивающе улыбнулась: «Все в порядке». Значит, визит Темного девочку не напряг и не смутил. Вот и хорошо. Состояние расслабленности, наведенное Завулоном, еще действовало, и Антон сел за стол, вольно развалившись на маленьком угловом диванчике. Дочка их встречать не вышла, но судя по звукам из ее комнаты, там как раз шли мультики — в такие моменты Надюша забывала обо всем.

Завулон оказался настоящим знатоком тостов. Наверное, нелегко было говорить длинную, прочувствованную и витиеватую речь на кухне простой московской квартиры, стоя на ламинате, да еще и в пушистых тапках. Но Темный как-то умудрился сохранить свое возвышенное выражение лица, озаренное благородной скорбью.
- ...так давайте же выпьем за то, чтобы даже нежеланные связи приносили нам пользу и оказывались во благо, - закончил он свою торжественную речь и первым опрокинул в рот содержимое рюмки. Светлана взглянула на увлекшегося мага с явной иронией, но последовала его примеру.

«Арарат» оказался выдержанным, как минимум двадцатилетним, и не подделкой, что приятно порадовало. Антону почему-то вспомнилось, как они с Ласом открывали зачарованную инквизиторскую фляжку с арманьяком и как упрямый бард отломил горлышко. Интересно, что потом написал бедняга Эдгар в своей объяснительной по поводу потери ценного артефакта древних времен?
Светлана выпила только одну рюмку и сразу же слегка повела рукой, бросая незамысловатое бытовое заклятие. Тарелки с аккуратно разложенной закуской и котлетами плавно поднялись в воздух и поплыли к мужчинам.

- Итак, что же все-таки произошло? - спросила она. - Я чувствовала, что с тобой что-то не так, Антон, но по телефону всего не расскажешь.
- Гесер эту штуку обозвал «Обними меня», - дозорный в двух словах рассказал жене, что случилось днем на их охоте. - Говорит, что снимать эту дрянь долго и муторно.
- Правду говорит, - поморщилась волшебница. - Об этом заклятии нам на занятиях мельком сказали — уж больно мало прецедентов. Я посмотрю позднее, нельзя ли как-то ослабить связь на месте, чтобы вы могли разойтись дальше, чем на несчастный метр.
- Будем признательны, Светлая, - кончиками губ улыбнулся Завулон. - Так-так, кто это к нам пожаловал?

На кухню вприпрыжку вбежала маленькая девочка. Увидев гостя, она остановилась и насупилась, глядя на него исподлобья.
- Ты злой, - сказала она после паузы.
- Не отрицаю, моя дорогая, - охотно согласился тот. - Никто из нас не свят… Ну да ладно. Не проповеди читать пришел. Погляди-ка лучше, что мы с твоим папой для тебя купили!

Антон вздохнул с облегчением: от дареного медведя Надюша пришла в полный восторг, уселась рядом со столом и немедленно принялась играть. Завулона она после знакомства уже не боялась, наверное, почувствовала, что он не собирается причинять ей вред. А Темный при удивительном попустительстве со стороны Светланы изображал давно потерянного и вновь обретенного дядюшку. Выслушал, как Надя любит папу с мамой и не любит манную кашу. Как они недавно ездили в зоопарк и видели там большущего слоника.

- У слоника была еще такая пятая нога, он стоял и оттуда писал, - радостно поделилась девочка.
- Надя! - почти одновременно воскликнули Антон и Светлана. Но Завулон только усмехнулся:
- Какая ты наблюдательная, малышка!

Его действительно забавляло все происходящее, это было видно невооруженным глазом. Он согласился с Надей, что детский садик — это просто кошмар, что лучшее имя для мишки будет Винни и что папа у Нади — самый лучший в мире. Антон невольно поморщился. Света, конечно, не препятствовала общению Великого Темного с их дочкой, но все равно в этой ситуации было что-то неестественное. Как будто все, сидящие за столом, старательно делали хорошую мину при плохой игре — за исключением Надюшки, которая в свои три года еще не умела интриговать и не знала о Дозорах.
Да, на самом деле взрослым было что сказать друг другу, ой как было! Как глупо… На самом-то деле оба Дозора — почти что одно целое, и цель их — противостояние не друг другу, а людям. Антон понял это во время эскапады с «Фуаран», оставившей глубокий шрам на его сердце.

После ужина Завулон поблагодарил хозяйку дома, отметив, что домашняя стряпня всегда полезнее, чем поданные в ресторане блюда. Светлана сухо кивнула в ответ.
- Идите пока в гостиную, - сказала она, мановением руки заставив тарелки прыгнуть в мойку, а кран — открыться. - Я приберу здесь и присоединюсь к вам.
- Неужели семейный просмотр телевизора? - мило удивился Темный. - Кстати, Городецкий, ты уже придумал, как быть со сном?
Антон чуть не застонал. Этот вопрос, надо признать, напрягал сильнее всего. Им со Светланой придется как минимум всю неделю спать на разных кроватях — это он еще мог стерпеть. Но лечь в одну постель с врагом? Да ни за что!

Уловив его колебания, глава Дневного Дозора засмеялся.
- Какой ты все-таки ханжа, Светлый… Хватит свои интеллигентские сопли жевать, скажи прямо, что тебе противно даже находиться со мной в одной комнате, я не обижусь!
- Дело не в этом, - вздохнул Антон. Он опустился на диван и подхватил на колени дочку вместе с ее медведем. - Мне не хочется засыпать, оставаясь уязвимым для тебя.
В глубине темных глаз Завулона что-то на мгновение вспыхнуло. Будто искра проскочила, но в следующий миг уже погасла.
- Об этом не волнуйся, - проскрипел он. - У меня достаточно силы и опыта, чтобы обойтись без сна эту неделю. Посижу рядом, почитаю книгу… У вас же есть интересные книжки?

Волна облегчения затопила дозорного с головой. Уступка со стороны Завулона была неожиданной, но очень своевременной. Может быть, теоретически по силе они теперь были равны, но лежать в одной кровати с недругом — фактически самому подставиться под удар.
- Я тебе книжку про Джеймса Бонда принесу, - пообещал Антон, припомнив старый разговор между Гесером и Завулоном. - Тебе понравится.
Светлана вернулась в гостиную, села рядом с мужем и приподняла руки, бережно прощупывая в Сумраке нити, что связали Антона с руководителем Темных. Честно говоря, в глубине души Городецкий надеялся, что способностей его жены окажется достаточно, чтобы справиться с заклятьем. Но она только покачала головой:
- Слишком крепко. Мне не порвать, тут не сила нужна, а точность.

- Как укол рапирой, - мечтательно протянул Завулон и покосился на Надю: - А может…
- Нет, - сразу же отрезала Света. - Я не стану в таком возрасте инициировать ее и учить видеть сеть заклятий. Нам хватает и того, что она порой применяет магию неосознанно.
Таким образом, последняя надежда Антона рухнула. Жена унесла Надю укладываться спать, а Городецкий неохотно стал переодеваться ко сну. Завулон уже углубился в выбранную им книгу, казалось, не обращая внимания на Светлого — и все равно дозорный чувствовал на себе чужой взгляд, нутром чуял, особым шестым чувством Иного, доведенным до предела.

Натянув пижаму, Антон забрался под одеяло. Без жены на этой широкой кровати было как-то слишком просторно, непривычно даже. Завулон, как ни странно, погасил лампу, сидел в кресле у кровати молча — дремал или просто задумался, неизвестно. Антон успел подумать, что теперь точно не уснет под взглядом Темного — и почти сразу после этого провалился в сон.
Убедившись, что он спит, Завулон медленно положил книгу на колени и скользнул в Сумрак. Мир еще больше выцвел, единственным ярким пятном в черной комнате остался лежащий на постели дозорный. Аура его пылала ярким белым светом — почти спокойная, нормальная аура спящего.

На улице хлопнула дверца машины, кто-то тихо выругался. Звуки через Сумрак слышались замедленно, как сквозь вату. Темный маг вышел в мир людей и прислушался. В машине звучал нежный голос Зои Ященко:
- Он не верит в меня, он и слышать не хочет обо мне.
Он читает такие гигантские книги о британской войне.
Я смотрю на него из угла двухэтажной квартиры и жду,
Ведь когда-то должно же ему надоесть говорить ерунду,
И он скажет мне слово.
Такое короткое слово, с которым рифмуется горных ущелий вода,
Поезда, города, лабуда, лебеда и летящая по небу звезда,
И он скажет мне слово «Да»…*

Дверца закрылась, и музыка стихла. Завулон усмехнулся, глянул сквозь Сумрак на спящего, кивнул своим мыслям — и замер неподвижно, будто памятник самому себе. Так и просидел до самого утра, не шелохнувшись и наблюдая, как за окном медленно светает. А в небе медленно, одна за другой, гасли звезды.
Примечания:

* "Он не верит в меня" - песня Зои Ященко и гр. "Белая Гвардия"

@темы: Дозоры, Завултон, Мое, Фанфики