Елена Темная
Гесер хохотал. Он не часто позволял себе так искренне и не наигранно веселиться, но сейчас выпал именно такой редкий случай. Светлейший сидел в своем кресле и радовался, как ребенок. Завулон, прислонившийся плечом к стене, неодобрительно морщился, но не возражал. А Антон сидел напротив шефа и вздыхал. Противно ощущать себя единственным, кто ничего не понимает! И Семен, и Илья ухмылялись, глядя на Гесера — явно разделяли его веселье. А вот он, хоть и считался теперь Великим, не знал, в чем причина.
Собственно говоря, радость шефа началась только пару минут назад. Оставив поникшего Максима над телом его дочери, Гесер вместе с остальными переместился в офис. На станции метро делать было больше нечего, с минуты на минуту должны были прибыть остальные Инквизиторы — уж они-то не будут снисходительны к проштрафившемуся коллеге.

И вот, оказавшись в своем кабинете, руководитель Ночного Дозора дал волю смеху.
- Ох, прошу прощения, враг мой, - отсмеявшись, кивнул он Завулону. - Но я и подумать не мог, что ты попадешься в такую ловушку!
- Краткий миг торжества я могу тебе простить, - отозвался Темный, поджав губы. - Однако ты знаешь, что надо как можно скорее решить проблему.

Поймав выжидательный взгляд Антона, Гесер посерьезнел.
- Извини, Антон, - повинился он. - Я не над тобой смеялся, если для тебя это важно.
- По крайней мере, я вижу, что мое положение не так уж опасно, - оптимистично заявил Городецкий. - Так в чем дело, шеф? Что такое эта девчонка кинула в нас?
- Она была весьма сильна, хотя обучаться ей было не у кого, - в голосе Светлейшего явственно прозвучало одобрение. - И, насколько я понял, с одинаковой силой ненавидела и Темных, и Светлых — не только своего отца. Неудивительно, если учесть, что это, строго говоря, наша промашка.

Он вздохнул, отбросив последние остатки веселья, и сцепил кончики пальцев. Антону это напомнило какого-нибудь доморощенного тирана из детских сказок. Все-таки, что ни говори, все Великие — редкостные позеры, и дело уже не в направленности к Свету или Тьме…
- Пару лет назад был зарегистрирован случай нападения оборотня на девушку, - припомнил Илья, морща лоб. - Тогда Дневной Дозор сам выдал браконьера на развоплощение, а жертва вроде бы осталась жива.
- Нам не нужны проблемы, - скрипучим голосом отозвался Завулон. - И мы не нарушаем Договор.

- Вас никто и не обвиняет, - хитро подмигнул Гесер. - Скверное было дело, господа, весьма скверное. Девчонка не обратилась, несмотря на сильные укусы — как видно, ее сопротивляемость была куда выше обычной. Строго говоря, тут нам бы следовало обратить внимание, но у нас тогда были дела поважнее — рождение твоей дочери, Антон, вызвало неслабые возмущения в Сумраке… Ты помнишь, мы тогда работали на износ, почти без выходных.
Антон помнил. Всплеск активности нарушителей Договора в то время был велик. Темные чувствовали подспудно, что рождена Великая Светлая, и это давило на них, если даже они не осознавали этого. Светлые приобретали несвоевременную уверенность в своих силах и тоже нарушали соглашение о перемирии, повинуясь инстинкту и убивая низших Темных.

То еще было времечко, словом. Оба Дозора тогда из судов не вылезали, Инквизиторы — и те ходили с синяками под глазами от усталости. Тут уж не до того, чтобы за одним-единственным неудавшимся покушением следить…
Гесер мрачно кивнул — то ли мысли прочел, то ли просто догадался, о чем Антон сейчас подумал.
- Вот-вот. Упустили мы девчонку. А Максим этот… Развоплотил оборотня он лично, молодец, и решил, что на этом его отцовский долг выполнен. Пошел дальше инквизиторствовать, герой.
- Ближе к делу, враг мой, - перебил Завулон. - Пострадать о загубленных душах и не доставшихся вам сотрудниках ты всегда успеешь.

- А ты, как обычно, все о себе переживаешь, - не преминул уколоть Пресветлый. - Ладно. Словом, девочка оказалась потенциально способной — вот только некому было ее взять под крыло, обучить, объяснить, кто такие Иные, что такое Договор и почему ее папа бросил маму. Она выздоровела, очевидно, пользуясь силой Сумрака. И пошла убивать, мстить за свои раны и за все остальное.
- Печальная история, - согласился Антон. - А при чем тут я и… он?
В кабинет тихо вошла Ольга. Улыбнулась Антону — спокойно, подбадривающе. Взяла на себя обязанности секретарши и налила каждому кофе. Завулон кофе тоже принял, правда, иронично покосился на чашку, будто ожидал, что ему отраву подсыплют. Зная Ольгу, Антон скорее поставил бы на слабительное.

- Влип ты, дружок, - Гесер взял чашку из рук любовницы, благодарно кивнул ей. - Заклятье это противное, снимать его долго, особенно учитывая то, что оно наведено стихийной Иной. Такие прецеденты бывали и раньше… Мы его называем «Обними меня» между собой, поскольку действие в целом сходное. Боюсь, понадобится порыться в архивах, чтобы вспомнить, как оно снимается, и хорошо подумать к тому же. Девчушка, видно, комбинировала «Обними меня» с заклятьем ненависти, чтобы объединить двух врагов и подстегнуть умеренную неприязнь между ними.
- Блин, - честно сказал Антон. - Получается, я теперь от него отойти не смогу? Понятно, почему вы смеялись, шеф… Только мне от этого не легче.

- Поверь, я тоже не в восторге от необходимости стоять около туалета, пока ты отливаешь, - мрачно бросил Завулон. - Будем думать. Я предлагаю на время отрядить Городецкого в мой Дозор как наблюдателя — операцию я придумаю любую, мало ли…
- Не пойдет, - тут же отмел версию Гесер, - если только ты не хочешь, чтобы Великая Светлая пришла штурмовать ваш офис с требованием вернуть мужа. Придется тебе, Антон, везти Завулона к себе домой. Потерпи с недельку, мы найдем способ вас разделить.
- Да вы что?! - Городецкого так и подбросило. - Как я его домой приведу? У меня там дочка маленькая, жена, соседи, а вы предлагаете выходные к чертям послать? Света хотела в деревню съездить, чтобы Надюшка воздухом подышала…

- Отлично! - воодушевился Завулон, как будто всю жизнь ждал этого момента. - Давненько я за город не выбирался. Оставлю вместо себя одного из замов — и устрою отпуск, впервые за сотню лет.
Антон только головой покачал. Он подозревал, что тут либо очередная интрига хитрющего Темнейшего, либо дальний расчет Гесера. Или, что еще хуже, их взаимная договоренность, бывало и такое. А может, он зря ищет двойное дно там, где его нет и не было?
- Звони Светлане, - распорядился Гесер. - Думаю, она поймет необходимость таких мер.

Как ни странно, Великая волшебница возражать и впрямь не стала. Помолчала в трубку, когда Антон ей честно все рассказал, вздохнула.
- Ладно, - тихо сказала она затем. - Вези его к нам, так и быть. У нас с тобой достаточно сил, чтобы оградить от него Надю, если что. Я поставлю дополнительную защиту на всякий случай.
- Признайся, ты просто хочешь сама это увидеть, - грустно сказал Антон. Завулон, стоявший за его плечом, тихо захихикал — ему все прекрасно было слышно.
- Не откажусь, - призналась Светлана. - Ситуация действительно забавная. Езжай домой, дозорный, тебя здесь ждут — даже с довеском.

Наскоро попрощавшись с товарищами и получив от шефа клятвенное обещание найти решение проблемы, Антон пошел к выходу из здания. Лифт проигнорировал, спускался по лестнице, ноги сгибались с трудом. Завулон шел чуть впереди, внешне оставаясь даже довольным. Думай, дозорный, думай, какая выгода у Темного тут может быть? Подстроить такую ситуацию он вряд ли мог, а вот воспользоваться случайностью — запросто!
Что ему надо? Надя, скорее всего — убивать девочку Завулон не станет, а вот перетянуть на свою сторону, внушить ей некоторые идеалы Тьмы вполне способен. Или — не дочь, а он сам или Света? Трое Великих, все — Светлые. На кого будет направлен удар?

К дому Антона их подвозили на служебной машине. Темный по-прежнему не возражал, мирно сел на сиденье фургончика, благовоспитанно сложив руки на коленях. На Антона он не смотрел — и хорошо, уж больно остро ощущались последствия наведенной ненависти в душе Светлого. Ох, на благодатную почву зерна упали, на удобренную…
За рулем сегодня был Гарик — ему тоже было не слишком-то уютно подвозить руководителя Дневного Дозора. Чтобы отвлечься, оперативник включил магнитолу. Салон машины наполнили звуки «Арии»:
- Кто ты, наказанье или милость?
Кто ты? Отрекаться не спеши!
Может, за душой моей явилась,
Только нет души!*

Антон невольно покосился на Завулона. Темнейший сидел, вольно опершись на спинку сиденья, скрестив длинные ноги в дорогих туфлях. С виду он просто слушал музыку, но кто его знает?
- Если ты так и будешь дергаться всю неделю, мы не отдохнем, - почти промурлыкал вдруг Завулон. Антон передернул плечами. Вот только нотаций от этого еще не хватало!
- Если тебя это так беспокоит, дозорный, я могу принести клятву не вредить ни тебе, ни твоей семье, ни твоим хомячкам на протяжении этой недели — или даже больше, если Гесер не сразу раскопает способ нас разделить, - любезно предложил Завулон. - Это проще, чем смотреть на твою подозрительную мину.

- У меня нет хомячков, - буркнул Антон неохотно. - А клятву принеси, не лишне будет.
Темный охотно вытянул руку ладонью вверх, на ней тут же вспыхнул лепесток черного пламени.
- Клянусь, Светлый, - спокойно сказал он. - Временное перемирие нам всем на пользу. Кстати, о хомяках. Останови-ка тут, друг мой любезный!
Гарик удивленно глянул на беспокойного пассажира, но притормозил. Машина замерла у торгового центра — одного из тех, которые так активно строились по всей стране в последние годы. Памятник расцветающего подобия капитализма…

- Пойдем, Светлый, сходим в магазин, - предложил Завулон. - Я в гости привык с гостинцами ходить, хорошие манеры помню.
- Я за тобой слежу, - предупредил Антон на всякий случай. - Даже не пытайся тянуть Силу из людей или пытаться навредить им.
- Не буду, - с улыбкой согласился шеф Дневного Дозора. - Езжай, милейший, - бросил он Гарику. - Отсюда мы и сами доберемся, до дома господина Городецкого недалеко.

Он и теперь командовал, даже на чужом поле, даже среди своих врагов! Антон покачал головой и мысленно вздохнул. Чего, в самом деле, бояться? Он и Светлана вдвоем будут не слабее одного Завулона — да и Гесер не оставит без присмотра будущую Величайшую волшебницу. К тому же, не стоит давать Темному повода лишний раз посмеяться над недоверчивым Светлым.
Раздвижные двери послушно пропустили новых посетителей. В торговом центре было душновато, вокруг суетились люди. Обычные люди, с их простыми проблемами вроде небольшой зарплаты, непослушных детей или кредитов в банке. Несчастные и счастливые! Антон многое отдал бы сейчас, чтобы стать одним из них.

А Завулон улыбался. Впервые Городецкий был так близко от собственного врага — и впервые тот был так мирно настроен. Со знанием дела выбрал хороший коньяк, не пожадничал, отдал за него крупную сумму. Стоя на эскалаторе, вслух рассуждал, как замечательно оказаться в отпуске, да еще со старыми друзьями. Антона слегка передернуло — тот еще «друг»…
Вообще, вся эта картина отдавала дешевым сюрреализмом. Подумать только, Антон сейчас бродил по магазинам и покупал продукты вместе с врагом, да еще каким! Неужели Завулона нисколько не смущает эта ситуация?

- Прекрати терзаться, Антон, - Темный маг повернулся к нему и вздохнул, взглянув в глаза. - Успокойся и подумай о том, что через час снова обнимешь дочку. Разве не приятно ненадолго окунуться в суету города, пройтись среди людей, осознавая, насколько ты выше их?
- Не выше, - возразил Городецкий. - Мы всего лишь паразиты, которые пьют чужую силу. Наш собственный уровень магии совсем невелик.
- Словесная эквилибристика, мой дорогой дозорный, - Темнейший улыбался. - Называй это как хочешь, я не возражаю. Давай-ка зайдем еще вот сюда, хочу купить небольшой подарок твоей дочурке…

Ну конечно же, магазин игрушек! Насколько знал Антон, у Завулона не было постоянной любовницы и детей — наверное, не хотел рисковать и заботиться о простом смертном, какими чаще всего рождаются дети Иных. Рецессивная мутация, как говорил Лас… Все они — мутанты-паразиты. Неприятно? Да. Мерзко? Отчасти. Но жить с этим как-то надо.
- Попроси жену, чтобы успокоила тебя, - Завулон стрельнул взглядом в Антона. - Ты слишком напряжен, только и думаешь, что о каверзах с моей стороны. Я, конечно, польщен, Антон. Но всю неделю терпеть твои косые взгляды не хотелось бы.
- Да я просто думаю, как со стороны смотрятся два мужика, бродящие по магазинам и советующиеся, какие игрушки купить, - поддел Антон.

Завулон засмеялся — искренне, от души, заразительно.
- Молодец, Городецкий, - похвалил он, похлопав Антона по плечу. - Так и продолжай. Ты мне нравишься, Светлый, нравишься таким, какой есть: бескомпромиссный, горделивый упрямец. С тобой весело пикироваться, куда веселее, чем со старым занудой Гесером. Мне по душе твоя наивность и детская вера в справедливость, которой не существует. Так что отдохнуть недельку в твоей компании — это такой подарок, который старым злыдням вроде меня выпадает нечасто. Как тебе вот этот медведь?
Темный держал в руках крупного, толстого плюшевого медведя с большими черными глазами. При нажатии на пузо мишка выдал: «При-вет! Да-вай иг-рать!»
- Хороший вариант, а? - уточнил Завулон. - Куда лучше всех этих зарубежных Барби.

Антон кивнул. Если Надя не испугается присутствия Темного, то подарок примет. Конечно, Арину она не боялась, но мало ли… Как же хорошо, что дочка пока не умеет смотреть сквозь Сумрак!
Медведь был крупный, увесистый, больше Надюшки. Завулон вручил его Антону - «неси, папаша!» Городецкий на всякий случай посмотрел на игрушку через Сумрак. Никаких подозрительных заклятий, самая обычная плюшевая кукла. От нее даже ауры никакой не исходило.

Успокоившись на этот счет, Антон прошел к кассе. Темный расплачивался наличными — то ли не хотел оставлять следов, то ли не взял с собой кредитку. Впрочем, с него сталось бы и уйти, не заплатив…
Накаркал! Стоило Антону подумать об этом, как Завулон, к его величайшему удивлению, подхватил с кассы щедрой горстью лежащие там мелкие сувениры — брелки, какие-то конфеты, крохотный блокнотик — и сцапал Антона за руку.
- А теперь бежим! - жарко дохнул, казалось, сам Сумрак.

И они побежали, слыша за спинами свист охранника. Городецкий даже не пытался вырваться, хватка у Темного была поистине железная. Антон едва ли не летел за ним, как шарик за Пятачком, придерживая рукой здоровенного плюшевого медведя. Ладонь стиснули пальцы Завулона. Как ни удивительно, Темный не уходил в Сумрак, не отводил глаза окружающим, а просто бежал, легко перепрыгивая через ступеньки и увлекая за собой растерянного спутника.
В спину раздавались крики, какая-то женщина не успела убраться с пути, и Антон толкнул ее, выбив из рук пакеты.
- Извините! - крикнул он запоздало — вряд ли она его услышала бы.

Какого черта? Зачем глава всех Темных Москвы совершил выходку, достойную малолетнего хулигана? Антон бежал за ним, ощущая, как горят щеки. Погоня вызвала выброс адреналина — и хотя никакой опасности не было, Антону все происходящее странным образом понравилось. Глупо, бессмысленно, наивно, но… так весело!
Когда они остановились, сзади уже не слышалось чужих криков. Наверное, Завулон все же срезал путь через Сумрак — торговый центр остался позади, оба мага стояли на соседней с домом Антона улице. Темный широко улыбался, на впалых скулах его появился румянец.
- Ну и зачем? - только и спросил Антон, переводя дух.

- А нужен повод? - удивился Завулон. - Да не переживай ты так, я ничего не крал на самом деле. Гляди, - он показал руки и даже карманы брюк вывернул. - Маленький фокус, чтобы встряхнуться и развеселиться. Не ври, что тебе не понравилось, Светлый, вон как у тебя глаза разгорелись!
Ох и веселенькая неделя их всех ждет, кажется! Антон покачал головой. Темный шел рядом, насвистывая незатейливую песенку. Мимо проехала машина — маленький «Фиат» серебристого цвета. Из-за опущенного стекла гремела попсовая песенка:
- Он Бог, которому молюсь я!
Он враг, которого боюсь я!
Он клад, казалось, а теперь гроши,
Он — плач мой, он — палач моей души.**
«Ну уж нет!» - сердито подумал дозорный. Перехватил поудобнее плюшевого медведя и зашагал следом за непрошеным гостем к дому.
Примечания:

* "Кто ты?" - песня группы "Ария"
** "Он" - песня Татьяны Котовой

@темы: Дозоры, Завултон, Мое, Фанфики